22:43 

Он никогда не придет за тобой. Часть 2

ReD_Sky59
Название: Он никогда не придет за тобой. Часть 2
Автор: ReD_Sky59, Тёмная сторона силы
Бета: ReD_Sky59, Тёмная сторона силы
Размер: миди, 40473
Пейринг/Персонажи: Джин Хант/Сэм Тайлер, ОМП/Сэм Тайлер(односторонний, не рейтинговый), Рей Карлинг, Энни Картрайт, Крис Скелтон, да и почти весь канон так или иначе
Категория: слэш
Жанр: детектив, психодел
Рейтинг: NC-17
Предупреждения: смерть персонажа, хеппи-энд, нецензурная лексика в паре эпизодов
Краткое содержание: “Я твой друг, твой единственный друг, Сэм, и лучше и тебе быть моим другом, чем моей игрушкой”
Примечание: все персонажи, вовлеченные в сцены сексуального характера, являются совершеннолетними
Размещение: с разрешения автора.

Выкинув Тайлера из машины, Джин поспешил убраться - в паб, к чёрту, куда угодно. На плече ещё чувствовались тепло и приятная тяжесть. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что чуть не цапнул сердито заместителя за задницу, чтобы тот не ёрзал. Срочно надо было выпить и всё обмозговать. Хотя шумный паб с ребятами, каждый раз словно не наговорившимися на службе, был не самым спокойным местом, всё же, это было лучше, чем тащиться с такими мыслями в семейное гнёздышко.
Паб Нельсона встретил его привычным тёплым светом, чуть туманным от сигаретного дыма, и гвалтом знакомых голосов. Сам хозяин, радушно улыбаясь каждому, вертелся у стойки, будто и не он нашёл сегодня с утра несвежий труп за своими мусорными баками.
- А где мой храбрец? - спросил он, вытянув шею, будто старался разглядеть маленького и вредного Сэма Тайлера за широкой спиной Джина. Как будто они обязаны были везде ходить вместе, словно сиамские близнецы.
Хант внезапно поймал себя на мысли, что был бы не против.
Команда уже оккупировала любимый столик. Крис, оставив полупустой стакан, отправился тренироваться в метании дротиков и как раз пытался вытащить один, особенно крепко застрявший в стене рядом с мишенью. Энни что-то выговаривала на ухо Рэю, отчего тот залился краской. Филлис покуривала, искоса поглядывая на них.
Джин плюхнулся на своё привычное место и выразительно глянул на Рэя, тотчас заказавшего ему пива.
- А где босс? - спросил Рэй, опуская на стол запотевшую бутылку.
- Мы что, должны ходить везде сцепившись, как сиамские близнецы? - со свирепым выражением лица выдал ему Джин недавнюю мысль.
Рэй сердито отпил из своей бутылки.
- Я тут подумал, - он бы под расстрелом не признался, что подумала, на самом деле, Энни, а он её высмеял, за что и получил очередную заставившую краснеть отповедь, - вдруг этот псих нам хочет что-то сказать? Вдруг это что-то вроде объявления войны?
Энни внимательно посмотрела на него, но промолчала.
Джин тоже тяжело уставился на него, и внезапно дёрнулся, расплёскивая пиво, из-за резкого контраста холодной, влажной поверхности стекла и тёплого бедра Тайлера, занимавшего его воображение настолько, что он почти вновь почувствовал его под ладонью. Кажется, его болезнь прогрессировала.
- Он хочет сказать, что нас и в грош не ставит, - рыкнул Джин, пряча внезапную растерянность за привычной маской. - И я с ним соглашусь, если в ближайшее время мы его не остановим.
- Совершенно согласна с вами обоими, - мягко вступила в разговор Энни. - Но за объявлением войны обычно следуют военные действия, и мы должны опередить его, определив направление удара.
- Мы можем подманить его, - довольно предложил Крис, почёсывая дротиком за ухом. - Наш босс - просто вылитый любой из этих покойников.
Джин поперхнулся пивом.То ли сама идея вызвала такую реакцию, то ли то, с каким ужасом он сам её воспринял. Но со вчерашнего дня Сэм не перестал быть офицером полиции, его работа как раз и состояла в том, чтобы рисковать собой ради гражданских.
- Осталось только определить, как связаны между собою все эти места, чтобы предсказать следующее, - кивнул Рэй. - Что или кто их связывает.
- При таком адском количестве свидетелей одна вычитка показаний займёт неделю, - схватился за голову Крис. - Опять босс отправит меня копаться в бумажках. Я ещё могу понять, что связывает клуб Уоррена, - многие так и называли по привычке нынешний клуб Рэйнбоу, - и казино, ну, бар Нельсона, на худой конец, но при чём тут тоннель, возле которого мы взяли банду грабителей Лесли Джонса?
Джин вдруг вскочил и бросился к дверям, по дороге всё-таки опрокинув бутылку с пивом.
Что, если все эти места связывал человек, появлявшийся во всех них и соответствующий типу жертв? Единственный вариант, приходивший в голову Джину, ничуть его не радовал. Война была объявлена, Сэм без присмотра дрых в своей квартирке с хлипкой дверью, и Джин понёсся туда на максимальной скорости, которую смог выжать из Кортины.

***
Войдя в квартиру, Сэм сразу, даже не скинув куртку, падает на кровать. Глаза закрываются, он чуть было не упал с лестницы, поднимаясь. Этот сумасшедший день абсолютно его вымотал. Проваливаясь в тяжелый сон, Сэм думает, что слышит скрип двери. Убедив себя, что ему показалось, он засыпает.
“Бум-бум-бум,” - мерный стук разносится по комнате. Сэм вздрагивает и открывает глаза. Рядом с кроватью стоит девочка в красном платьице с белым воротничком. Извечный клоун с треугольными бровями в ее руках сменился на небольшой красный мяч, звуки ударов о пол которого эхом отражаются от стен. Сэм обреченно стонет и собирается было отвернуться, но не решается подставлять маленькому дьяволу спину.
- Уходи, - тихо просит Тайлер, - дай мне поспать спокойно, пожалуйста.
Вежливость не помогает.
- Я не могу уйти, Сэм, пока ты нуждаешься во мне, - хихикает девочка, еще раз ударяя мячиком о пол. - Хотя я могу дать тебе поспать. После того, как ты поиграешь со мной.
“Сколько можно уже заводить эту шарманку?” - рассержено думает Сэм.
- Нет, я не хочу с тобой играть.
- Ты мой друг, а значит ты должен! - плаксиво тянет девочка и кидает в Тайлера мячиком. Игрушка больно, как будто весит тонну, врезается в грудь, выбивая воздух из легких. Сэм кашляет, задыхаясь. - Я хочу играть!
- Плевать мне, что ты хочешь, - сипит Тайлер, с ненавистью глядя на юное создание, - проваливай.
- Поиграй!
- Нет!
- Просто скажи “да”, Сэм, - девочка угрожающе смотрит на Тайлера, и в ее взгляде полыхает холодное пламя.
- Нет, - отвечает мужчина, закрывая глаза.
- Тогда я поиграю с первым встречным! - вскрикивает девочка и замирает. Через несколько секунд с лестницы доносится топот и отборный мат.
- Хант... - ужасается Сэм.
- Ага, - довольно кивает девочка, поднимая мячик, - уж с ним-то я поиграю, - зловеще улыбается она.
Сэм в ужасе кидается к двери, но одеяло будто ожило и не хочет его выпускать, опутывая ноги. Он запинается и, упав, разбивает губу. Звук шагов все приближается, и Сэм, понимая, что не может допустить, чтобы исчадие ада добралось до Джина, решается на один рисковый и необдуманный шаг.
- Да! - кричит он. - Я согласен! Я поиграю с тобой, только не трогай больше никого!
Девочка улыбается и счастливо смеется.
- Вот так бы сразу, Сэм, - мир вокруг крутится и вертится, изменяясь и преображаясь. Стены плывут, Сэм чувствует, как земля уходит из-под ног, и он падает, вниз и вниз, будто к центру земли. Через пару минут, или, может, через пару дней (чувство времени отказало Сэму) качка прекращается. Тайлер морщится, ощущая боль во всем теле, будто каждая мышца порвана, и открывает глаза. Перед ним мутное стекло, неровное и расширяющееся к углам, а за стеклом - его собственная квартира, вместе с хлипкой мебелью и уродливыми обоями. Сэм бросается вперед, налетая на преграду, разбивая о нее кулаки. Беззвучный крик, будто кто-то выключил громкость, растворяется в воздухе. С другой стороны девочка продолжает колотить мячиком о пол, радостно улыбаясь.
- Игра началась, Сэм, - тянет она, наблюдая, как Сэм пытается выбраться из старого телевизора, и усмехается слишком по-взрослому, - скоро станет еще веселее.
Мячик прицельным броском летит в экран, и телевизор падает, неприятно хрустя и звеня внутренностями. Сэма обступает темнота, и он чувствует, как проваливается в сон.
***
- Эй! Тайлер! Мать твою, кто тут повыкручивал все лампочки? Да отзовись ты, чтоб тебя черти взяли! Блядь! Сэм! Сэм! - Хант, словно мамонт, несся по лестнице.
- Да! Я согласен! - услышал он отчаянный крик и толкнул плечом неожиданно неподдающуюся дверь. Шкаф он там, что ли, придвинул? Наконец окончательно сорванная с петель дверь громко ударилась об пол. Квартира была пуста.
Джин кинулся к кровати, заглянул в ванную, распахнул полупустой шкаф, подёргал створки окна - и только тогда, за шумом собственного дыхания и грохотом сердца, расслышал пальбу и крики из опрокинутого, но работающего телевизора.
- Черт! - Джин ударил кулаком по по шкафу, едва ли не пробивая хлипкое дерево, - Где ты, идиот?!
Он отошел к двери и осмотрелся. Куртки на вешалке нет, обуви тоже. Вышел погулять? Но Сэм был слишком уставшим. Документы лежали неаккуратной стопкой на комоде. Тайлер явно заходил домой. Джин бросил взгляд на кровать с накинутым на нее покрывалом. У самой подушки из-под ткани высовывалось что-то красное. Хант замер, едва ли не задерживая дыхание. Он ухватил покрывало и откинул его в сторону. На подушке Сэма лежал свежий красный мак.
По дороге пнув бубнящий телевизор, Джин вернулся к окну, выглянул на улицу. Там было тихо и безлюдно, только вдалеке орали кошки.
- Что за ерунда, Дороти? - Джин выругался, смахнув локтем на пол горшок с подоконника. - Развёл огород! - он едва не влез ногой в кучу земли, но увидел клочок блестящей бумаги, пошлой алой ленточкой привязанный к ножке растения. Гортензии - Джин их знал, потому что терпеть не мог, вечно ссорился со старушкой-соседкой из-за поломанных веток, если после весёлого вечера его слегка водило. - Так-так-так, неизвестный поклонник? - тревога и ревность смешались в опасный коктейль.
“Ты раздавал свою любовь направо и налево, и лишь ко мне оставался холоден. Но моё многотерпеливое сердце постоянно прощает тебя, Сэм. Ты слаб перед соблазнами, заслоняющими тебе дорогу к истинному счастью. Но я освобожу тебя от оков лживой плоти и проведу в небо по дороге из жёлтого кирпича. “
Джин осторожно переступил через кучку земли и взялся за побитую трубку отвратительно-зелёного телефона. Через минуту в комнату ворвался шум и звон бара.
- Шеф, они, регионалы, смеются над нами, - бодро отрапортовал Крис. - Я чуть не проткнул Литтона, но это случайно вышло. Вы когда вернётесь? Филлис обещает взять на себя двоих в случае драки, но лишние кулаки всё равно не помешают.
- Криминалисты там ещё пьют? - спросил Джин негромко и стараясь соблюдать спокойствие. - Так вот, ты сейчас возьмёшь их… Делай, что хочешь, но через минуту чтобы они были на квартире Тайлера со всем своим барахлом! - оборвал он заикнувшегося было возражать Криса.
- А что с боссом? - встревоженно спросил Крис. - Вы сказали - криминалисты? А врач не нужен?
- Быстро! - рявкнул Джин. - И тихо!
Нечего было регионалам знать, что у него из-под носа увели лучшего детектива-инспектора, хватит с них на сегодня и слитого матча.
Хант еще раз бегло осмотрел квартиру. Тайлер будто испарился. Ни последствий драки или сопротивления, ни следов чужого присутствия. Джин все еще надеялся, что сейчас Сэм вернется домой, удивится и отчитает шефа. Окажется, что он выходил куда-нибудь, и все в порядке. Покосившись еще раз на брошенную в изголовье кровати записку, Джин закурил. Голова работала плохо, больше из-за беспокойства, нежели алкоголя. Хант протрезвел еще тогда, в пабе, расшифровав послание маньяка, которое буквально кричало: “Тайлер, я иду за тобой!”
Спустя пятнадцать минут со стороны лестницы послышались разговоры и шаги. Старший детектив-инспектор без труда узнал взволнованные голоса своих подчиненных.
- ...в драке. Может быть, босс упал и сам обо что-то ударился. Или коронный удар шефа по почкам...
- Вряд ли бы он нас вызвал, если бы сам его убил, Крис, - успокоила его Энни.
Через секунду в квартиру робко заглянул Крис - он остановился на пороге, опасаясь наступить на выломанную дверь.
- Шеф, я привел судмедэкспертов. Они пока внизу ждут. Вы расскажете нам, что произошло? - Скелтон, вытянув шею, внимательно осматривался.
- Запускай их. Вы останьтесь там. Сейчас выйду и расскажу, - ответил Джин спокойным голосом. Самое малое, что он мог сейчас сделать, - не показывать свое напряжение и злость, пугая команду. Крис пропустил в квартиру криминалистов.
- Это место похищения. Осмотреть все, найти каждый чертов волос, не принадлежащий Тайлеру! Быстро! - рявкнул Хант и вышел в коридор.
У порога стояли Рэй и Крис. Джин прикурил очередную сигарету, глубоко затягиваясь. Проклятый день, похоже, все не желал кончаться.
- Шеф? - Рэй окликнул начальника, явно намекая, что было бы неплохо объяснить, почему они здесь.
- Этот урод похитил Тайлера, - Джин выдохнул густой сизый дым. - Он разве что не повесил объявление на доску в отделе, все эти парни, которым не свезло, для него как набор игрушечных детективов-инспекторов. Он их расставил по местам событий, связанных, с кем бы вы думали? Мы сказали “А”, но были недостаточно быстрыми, чтобы сказать “Б”, и теперь Тайлер у него. Вот, - он протянул открытку, красная ленточка в полумраке комнаты стекала с неё, как струйка крови. - Я так понимаю, это оставил наш маньяк. И если не поторопимся - лишимся настоящего детектива-инспектора насовсем.
- Мы не сможем скрывать это долго, - негромко сказала Энни.
- Да уж, - проворчал Джин, - суперинтендант меня с говном сожрёт. И у нас есть максимум два дня, чтобы найти его живым, даже не знаю, что хуже… - разумеется, он знал, что хуже. - Так, Рэй, дверь запереть не получится, так что пока эти умники что-нибудь не найдут, стой насмерть. Крис, ты привык рыться в этих чёртовых бумажках, предлагаю тебе срочно протрезветь и за дело. Энни, на тебе кофе, дорогая, ну и, если время останется, составь… как вы это называете? Психологический портрет. А я… вздремнул бы с удовольствием, но придётся навестить кое-кого.

***
Сэм открывает глаза и упирается взглядом в идеально ровный белый потолок. В помещении - кромешная темнота, не видно даже собственных рук, а тишину, кажется, можно резать ножом и ломтиками класть на хлеб. Но Тайлер откуда-то знает, что потолок идеально ровный и обязательно белый. Сэм дышит как можно тише, стараясь не выдавать своего присутствия, и он почти уверен, что в комнате есть кто-то еще. Свойственный всему живому страх неизвестности поднимается из глубины сознания, окатывает волнами тело, холодком бежит по позвоночнику. Тишина сменяется неясными звуками рваного частого дыхания, и Сэм аккуратно встает, всматриваясь в темноту, разрезаемую разноцветной рябью кругов. Голова кружится, в горле простирается пустыня, руки трясутся мелкой дрожью. Тайлер пытается успокоиться, касается ткани одежды, проверяет пустые карманы. У него нет ничего. Только одежда и медальон, неожиданно ледяным металлом касающийся кожи. И стоит Сэму задать себе вопрос: “Что делать дальше?” - как под потолком загораются неяркие лампы, освещая комнату. Она пуста, нет ни мебели, ни вещей, только темное окно во всю стену. Сэм подходит к стеклу, проводит пальцами по трещинам, стараясь не порезаться, пытается разглядеть, что находится с другой стороны. На коже выступают крохотные капли крови, и Тайлер удивленно рассматривает их, не чувствуя боли. За стеклом становится светлее, будто кто-то убрал занавеску. Там, на другой стороне, его квартира, и его кровать, и ненавистный временами зеленый телефон. Изображение рябит и иногда пропадает на миг, трещины немного мешают, но Сэм ясно видит Ханта, как коршун кружащего по комнате, заглядывающего в каждую щель и переворачивающего все вверх дном. Его губы движутся, будто он говорит, или бормочет, или зовет. Сэм не слышит звуков, только тишину и собственное дыхание, но ясно различает свое имя на чужих губах.
- Шеф! - кричит Тайлер, бросаясь на стекло и ударяя по нему руками. Но Джин не реагирует, продолжает разглядывать каждую мелочь в комнате.
- Хант! - орет Сэм, разбивая кулаки. Красные капли раскрашивают сеть трещин, но ни одна новая не появляется, и Тайлер бьет сильнее, еще и еще, надеясь хоть на какой-нибудь результат. Хант оглядывается еще раз, обводя всю квартиру взглядом, но не видит Сэма, не находит ничего полезного, и смотрит как-то растерянно и немного удивленно, будто потерял что-то и не может в это поверить. Идет к дверному проему, выходит в коридор. За спиной Сэма гаснут лампы, в помещении становится холоднее, сквозняк треплет короткие волосы на макушке.
- Джин! - отчаянно зовет Сэм, но голос тонет в тишине. Тайлер оборачивается, прислоняясь спиной к стеклу, сползает медленно, садясь на холодный пол. И шепчет:
- Джин...
***
Джин был взбешён. В этом состоянии он был похож на обезумевшего носорога. Он ломился через свои владения, и обитателям манчестерских преступных джунглей, от мелких паразитов до крупных хищников, оставалось только опасливо шарахаться в стороны. У него не пачку сигарет умыкнули, а целого заместителя. И пусть Джин дал себе зарок взгреть Тайлера, за то, что тот позволил себя похитить, это был позор, несмываемый и вечный. Только возвращение Сэма могло спасти команду от полной гибели. А мерзавцу, в гнилую башку которого закралась мысль о покушении на его - его! - Сэма, с которым у Джина только-только началось что-то новое, не укрыться было от возмездия даже на дне морском. Первая зацепка лежала на поверхности: дорога из жёлтого кирпича, наркотики. А Джин мог похвастаться множеством знакомств с их производителями и распространителями. Надо было сделать то, что он просто не успел в адской круговерти минувшего дня.
- Я так и думал, что ты не спишь, - довольно сказал Джин, заваливаясь в заднюю комнату одного неприметного бара на Люси-Стрит.
Компания, сидевшая с картами вокруг стола, дружно обернулась к дверям.
- Убери пушку, Мэлоун. Сядь, Каратерс, я не к тебе, я к Симмонсу, - Джин изобразил радость встречи. - Доброго вечера, мадам Александра! Клади карты, Симмонс, этот засранец Каратерс всё равно уже всех спалил. Вставай, прокатимся в управление.
- Я тут ни при чём, мистер Хант, - залопотал толстый Симмонс, с тоской поглядывая на сваленные в кучу ставки.
- Ты о чём? - хищно нацелился на него Хант.
- Ни… ни о чём…
- Не смей мне врать, - Джин за шкирку выволок его в коридор.
- Может быть, не надо в управление? - попросил Симмонс, тут же притиснутый к стене коридора.
- Я хочу знать, что за ублюдок разгуливает по моему городу и разбрасывает трупы по общественным местам!
Симмонс непонимающе уставился на него.
- Ты читаешь чертовы газеты? - Джин тряхнул его, припечатывая к стене. - Четыре трупа, напичканные неизвестной дурью, и я хочу знать, кто продаёт эту дрянь на моих улицах!
- Что-то новенькое? - спросил Симмонс совсем другим, заинтересованным тоном.
Джин вытащил из кармана измятую бумажку - выписку из экспертизы - и сунул под нос Симмонсу.
- Лапы! Может, тебе ещё и рецепт приготовления?
- А неплохо бы, - Симмонс поскрёб двойной подбородок. - Ваш парень гений. Как поймаешь, познакомь?
- Договорились, - буркнул Джин, убирая листок в карман. - Только я его сначала пристрелю. В общем, я хочу, чтобы каждый шорох, каждый писк, связанный с этим делом, который раздастся в вашем крысятнике, немедленно долетел до моих ушей, - он красноречиво указал Симмонсу на своё ухо. - И моли бога, чтобы ты был первым, кто сообщит мне хорошую новость. А иначе… ты меня знаешь.
Толстяк быстро закивал. Джин нахмурился, отпустил его и направился к двери. Этой ночью Ханту предстояло ещё несколько подобных визитов.
***
Мир вздрагивает, как при землетрясении, и Сэм в панике вскакивает. С потолка сыплются штукатурка и мелкие куски камня, оседают серой пылью на плечах и волосах. Пол поднимается горками, доски трещат и падают куда-то вниз, вокруг грохот и скрежет, и Сэм бежит со всех ног к двери. Но не успевает - под ногами раскрывается бездна, он падает, пытаясь зацепиться руками за что-нибудь, но пальцы хватают только воздух. Сэм не успевает даже закричать, он больно ударяется спиной о жесткий пол, тут же вскакивая и оглядываясь. Стены все еще трясутся, движутся навстречу друг другу, образуя коридор. Сзади грохочут обваливающиеся камни, Сэм бежит вперед, не разбирая дороги, лишь бы не слышать этого шума.
- Беги, Сэм! - восторженно кричит знакомый писклявый голос. - Беги быстрее, Сэм! - и смеется.
Тайлер не оглядывается. Он чувствует, знает, что за ним гонится кто-то, за кем обваливаются стены, пол и потолок. И Сэм бежит так, как не бежал никогда в жизни. Впереди виднеется тяжелая железная дверь, и за ней, кажется, можно спрятаться, но стоит только приблизиться, как перед носом вырастает стена. Тайлер врезается в нее, упираясь руками, колотит кулаком по камням, в ответ не слыша даже стука. Коридор поворачивает направо, и Сэм, выругавшись, снова бежит. Он не смеет оглядываться, даже под ноги, кажется, не смотрит, - только вперед в попытке отыскать хоть какое-то укрытие. На шее чувствуется чужое ледяное дыхание. Нога едва не соскальзывает с потертых досок. Перед Сэмом - бездна, и перепрыгнуть ее невозможно, темнота внизу шевелится, будто живая. Тайлер сглатывает, дышит тяжело и резко, смотрит в надежде по сторонам. Он знает, что не может позволить себя поймать. Что должен выбраться отсюда, или хотя бы продержаться как можно дольше. “Джин найдет меня, - думает он, и мысли крутятся в голове с бешеной скоростью, - обязательно найдет. Главное продержаться до этого момента, если сам не выберусь.” Сэм отходит на несколько шагов назад, вдыхает глубоко и с разбегу прыгает в пропасть, раскинув руки и надеясь на лучшее. Он уже прыгал так когда-то, в другом, чужом мире, и ему почти легко сделать это снова. Тьма расступается, пропуская его.
- Молодец, Сэм! - подбадривает звонкий детский голос. - Правильный выбор.
И снова смеется.

***
Симмонс нарисовался поздним утром, когда Джин принимал первые отчёты от подчинённых. Он сам битых три часа провёл, опрашивая свидетелей, не выспался, курил больше обычного, да и виски расходился подозрительно быстро.
- Мистер Хант, - раздался в трубке высокий голос Симмонса, перемежаемый треском помех. Видимо, осведомитель звонил из автомата. - В обычном месте, у канала, через полчаса.
И звонок оборвался.
Джин выслушал ещё пару обстоятельных “никто ничего не видел”, раздал очередные задания, накинул пальто, которое тоже сегодня, видимо, было не в духе, поэтому неожиданно противно кололо шею. На пару секунд притормозив возле стойки Филлис, он невольно оглянулся на доску, где парой дней раньше висело фото человека, похожего на Сэма, и обомлел. На том же самом месте висел клочок тетрадного листа, где неровными, детскими печатными буквами было выведено:
Маленький мальчик по имени Сэм
В дружеских просьбах отказывал всем.
Друзья возмутились - ну что за фигня.
Жить остаётся Сэму два дня.
Джину почему-то представилась пухленькая, белобрысая девочка в красном платье, как она старательно водит красным карандашом по бумаге, одну ногу поджала под себя, другой покачивает. Язык чуть высунут от усердия. В изгибе левого локтя - большая голова уродливого игрушечного клоуна. Видение мелькнуло на миг и пропало, оставив ледяное, сосущее ощущение в животе. Два дня, вспомнил Джин, примерно столько удерживал и мучил маньяк свои предыдущие жертвы. Думать о том, что он вытворял с несчастными, применительно к Сэму, было просто нестерпимо.
- Филлис! - возопил Хант, обвиняюще ткнув пальцем в стишок. - Что тут за бардак творится?
По лицу женщины было понятно, что и она видит записку впервые.
- Ты что, спишь на посту, дорогуша? Кто здесь был? Когда это появилось?
- Шеф, - Филлис вчиталась в строчки и побледнела. - Час назад этого точно не было. И никто посторонний здесь не проходил.
Даже Рэй бы не стал так жестоко шутить, когда его босс находится в реальной опасности. Даже Литтон не опустился бы до этого.
- Но своих… Своих было даже слишком много. Все эти ваши розыскные мероприятия, - она развела руками. - Одному нужно то, другому это, только успевай поворачиваться!
- Пусть криминалисты этим займутся, - бросив взгляд на часы, Джин заторопился. Не хватало ещё, чтобы Симмонс с его информацией засомневался и пропал на пару дней, которые будут стоить Сэму жизни.
Пугая прохожих, Кортина рванула к каналу, где в арке одного из мостов топтался со скучающим видом Симмонс.
- Ну? - спросил Джин.
- Был один тип, - сразу приступил к делу осведомитель, нервно озираясь. - Кличка - Фармацевт. Вроде, потому, что работал в аптеке, там и делал разное зелье. Уоррен, Крэйн - те с ним работали напрямую. Рокет тот же брал для своих избранных клиентов.
- Что ты мне дохлятину подсовываешь?! - взял его за воротник Джин. - С кем он сейчас работает?
- А ни с кем, в том-то и дело. Как вы себе представляете, мистер Хант, сколько дури можно наварить в одиночку? Он готовил что-то исключительное, собственного изобретения, никто не мог это повторить. Его клиентами были очень, очень серьёзные люди, уж поверьте мне, мистер Хант. А потом… потом вышла неудачная партия, с нехорошими побочными эффектами. Помните несколько неожиданных смертей среди наших, месяцев семь назад? Некоторые даже думали, что начался небольшой передел города, чуть и в самом деле не началось. Поверьте, мистер Хант, лучше не лезть вам в это, его давно уже ищут такие люди, что вам и не снилось…
- Ах ты! - кулак Ханта замер в сантиметре от носа Симмонса. - Ты сам понял, что сказал? Я старший детектив-инспектор полиции, и ты сравниваешь меня со всякой швалью, которую я со дня на день закрою? Имена, адреса!
Симмонс покачал головой.
- Лучше я сразу в канал прыгну, так будет легче. Да и толку от этих имён… Всё равно его найти не могут, как провалился. Может и правда нет его уже. Только ходит слух, что он до всей этой беготни пропал. Что остатки дряни толкнул кто-то из его наследников. А он… вот уж простите, мистер Хант, за что купил, за то и продаю… Он, говорят, влюбился и совсем потерял голову.
- А имя-то у него было? - почти без надежды спросил Джин. Что-то подсказывало ему, что сегодня кулаки не помогут. Толстяк и так сильно рисковал, встречаясь с ним.
- Ага, - пряча довольную улыбку, сказал Симмонс. - Джон, кажется. Или Джим. Нет, определённо, Джон.
- Джон! - удар Ханта достался ни в чём не повинной опоре моста. - Джон! Ну надо же! Джон! Да я поседею, пока проверю их всех.
Симмонс покивал и поспешил убраться.

***
Сэм открывает глаза. Над ним - бесконечное голубое небо. Белые пушистые облака вяло плывут по безупречной синеве, складываясь в образы невиданных животных. Сэм улыбается, придумывает им названия и не смотрит по сторонам. Руки и шею щекочет высокая трава, зеленая настолько, что Тайлер никогда и не думал, что подобный цвет существует в природе. Ему не хочется вставать, лишь лежать так целую вечность, но боль ворочается в груди, мешая сосредоточиться на небе. Сэм хмурится и бросает взгляд вниз, пытаясь пошевелить рукой. Та не слушается, удается лишь едва двинуть пальцами. А в груди у Сэма дыра, размером, наверное, с мяч. Паника захлестывает с головой, старается утащить в свои темные воды, но Тайлер размеренно дышит, закрывает глаза, и думает, что все хорошо. Было или будет. К тому моменту, когда он снова смотрит на собственную грудь, дыра не исчезает.
Небо затягивает тучами. Темные низкие облака приходят на смену яркой синеве, и между ними сверкают молнии. Сэм пытается двинуться, встать, но у него не выходит, тело оцепенело и отказывается подчиняться. Дождь тяжелыми холодными каплями падает на лицо, и Тайлер отфыркивается и закрывает глаза. Вода поднимается и за какие-то несколько минут, бесконечно коротких, скрывает под собой Сэма с головой. Он смотрит вверх, на рябую поверхность, чувствует прикосновения травы к коже и понимает, что ему совершенно не нужно дышать.
Вокруг темнеет. Мелкие рыбы проплывают над головой, блестя серебристой чешуей и приветливо помахивая хвостами. Сэм смотрит на них заворожено и представляет, как поднимает руку и касается. Но конечность все так же лежит, не собираясь подчиняться хозяину.
Высокая трава обхватывает, будто щупальца, ноги, плечи и шею, и Сэм думает, что должен испугаться, но вот только ничего не чувствует. И это, он считает, наихудшее в его положении. Трава тянет его вниз, с силой впиваясь в кожу и оставляя крошечные царапины, почти незаметные, но всегда очень болезненные. Сэму плевать.
- Тайлер! - кричит кто-то. Знакомый низкий голос пугает пестрых рыб, и те в ужасе бросаются во все стороны.
- Сэм! - настойчиво зовут его, и Тайлер узнает интонации, хрипотцу и нетерпение, так и сквозящее в грубом тоне.
“Джин,” - понимает Сэм и резко дергается в путах навстречу знакомому голосу. Паника охватывает с головой, мешаясь с чувством тревоги и, как ни странно, облегчения. Трава впивается сильнее, крепче стягивая руки и ноги, легкие буквально разрывает от желания вдохнуть, а в ушах стучит, как бешеное, сердце.
- Тайлер, мать твою! - орет Хант где-то, и Сэм снова дергается, почти вырываясь. Он смотрит на свою грудь и больше не видит там дыры.
Тайлер почти готов вздохнуть от облегчения, что боль отступила и он снова может двигаться, когда его с силой тянет вниз. И темнота окутывает со всех сторон.

***
- Погодите, шеф, я записываю, - Крис склонился над блокнотом, глаза у него покраснели, а нос чесался от архивной пыли. - Простите, я уже мало что соображаю, и столько всего надо проверить сразу…
Констебли, вместе с Крисом разбиравшие старые дела, подошли ближе.
- Прозвище у него Фармацевт. Звали его Джон, работал в какой-то аптеке. Варил эту пакость прямо в тамошней лаборатории в одиночку. Интересно, хозяева в курсе были? Сейчас, скорее всего, сменил имя и работает совсем не в аптеке, если даже такие серьёзные ребята его не нашли. Фотографии у нас нет. И проверьте наркотик в деле о внезапных смертях наркоманов прошлой осенью на совпадение с нашим.
- Это что, - с ужасом поглядел на него Крис, - это за сколько же мы все аптеки обойдём? А если хозяева не сознаются?
- Вот именно, - кивнул Джин. - Но наверняка на него были жалобы. Он пытался продавать свой наркотик, но глюки от него оказались жутко неприятными.
Крис устало потёр глаза.
- Хорошо, шеф, я поищу. Кажется, скоро наизусть весь архив вызубрю. Филлис нам даже обед сюда приносила. Говорит, хорошо вам тут, а её с утра допекала одна сумасшедшая бабка. Написала жалобу - мол, отравить её хотят. Невестка, значит, даёт ей таблетки, и потом за ней гоняется мужик с ножом, невесткин любовник.
- Почему тогда отравить, а не зарезать? - спросил один из констеблей-помощников. - Мне вот непонятно, сэр.
Джин зарычал и бросился вниз.
Крис флегматично пожал плечами и вернулся к тому месту полки, где прервал поиски.
Джин понимал, что с очень большой вероятностью старушка выжила из ума, но готов был из под земли достать и её, и невестку, считая, что не стоит игнорировать знаки судьбы.
- Филлис! - рявкнул он. - Заявление! Отравительницы! То есть жертвы!
Сердитая Филлис порылась в мусорной корзине и вытащила в сердцах измятое заявление - старушка изрядно её достала, строча по несколько разнообразных жалоб в месяц. Хорошо хоть не изорвала, подумал Джин, сейчас на счету была каждая минута и не хотелось бы тратить драгоценное время на складывание паззлов. Почерк у старушки оказался на редкость путаный, но адрес, на счастье, Филлис сама записала с её слов.
И уже на улице он сообразил, что льёт, как из ведра, а пальто осталось в кабинете. Ругая погоду на чём свет стоит, Джин вернулся к себе, сорвал пальто со спинки кресла, рукава мазанули по столу и к ногам Ханта опустился, кружа, клочок тетрадного листа. Наверно, криминалисты вернули, подумал Джин, наклоняясь за проклятой бумажкой, необходимой для поисков Сэма, и снова роняя её: это была, кажется, другая половинка той же страницы с новым стишком:
Маленький мальчик по имени Сэм
Как-то улёгся в кроватку не с тем.
Думал, дурашка, никто не заметит,
Но очень скоро за всё он ответит.
Это… это было прямое обвинение. Джин чертыхнулся и поспешно сунул записку в карман. Страшно было подумать, что будет, если её увидит кто-то из руководства. Если её увидит Сэм и поймёт, кто явился косвенной причиной его бед. А сам Джин её уже увидел и понял, чем для Сэма обернулись его лекгомысленные эксперименты. Да одного того, что эти эксперименты вообще были, более чем достаточно.
“Но как этот ублюдок вообще пролез ко мне в кабинет?!” - хотел заорать Хант, потому что ответ напрашивался горький. Возле поста Филлис легко могли отираться посторонние, но вот так запросто проникнуть в сердце отдела А мог, скорее всего, только кто-то из своих. Значит, в поисках придётся рассчитывать в первую очередь на себя, а если ещё придётся параллельно проверять кадры на причастность - только к чему? Нет, надо тянуть за ниточку, пока есть такая возможность. Джин выругался от обилия эмоций и поспешно покинул управление, комкая в руке записку.
Минут через десять Кортина затормозила у серой бетонной высотки. Джин иногда размышлял, что её жильцам повезло больше, чем их соседям: видеть в окне каждое утро это здоровенное страшилище - та ещё радость. У подъезда он позвонил в нужную квартиру и выругался - никто не открывал, а этаж в заявлении, разумеется, не был указан. В подъезд он вошёл “на хвосте” парня в чёрном и надвинутой на глаза шапочке, который всё время нервно оглядывался.
- Полиция, - начал Джин, намереваясь всего лишь осведомиться об этаже, но парень с фантастической скоростью выскочил обратно на улицу. Пожав плечами, Джин отправился к лифтам и методом проб и ошибок добрался-таки до квартиры “отравленной” миссис Колдуотер. В квартире слышалась возня, но на стук ногами в дверь долго никто не отзывался.
- Давай, давай, парень, - из квартиры напротив высунулась полная дама в халате. - Она глухая, как пень.
Джин засопел - за миссис Колдуотер числились также жалобы на шумных соседей.
- А её невестка? - спросил он.
- Это я, - кокетливо отставив ногу, протянула соседка.
- Сочувствую вам, милочка, - Джин показал удостоверение. - Ваша бабка доканывает полицию своими заявлениями. Я тоже не против её отравить.
- Никто ее не травит, - недовольно проворчала женщина, - даю ей обычные таблетки, за углом купила, - она ненадолго скрылась в комнате, и, показавшись снова, протянула баночку с пожелтевшей этикеткой, - вот, я их чуть ли не год назад купила, все не пригождались. Ну а я что, богатая слишком что ли, чтобы выбрасывать? Может, испортились? - пожала плечами она, закуривая сигарету. - Эта сумасшедшая карга от них совсем с катушек слетела. Несет всякую чушь, будто я завела любовника и он ее убить потом пытается.
Она покрутила пальцем у виска. Джин выхватил из ее рук упаковку и попытался разобрать название аптеки. Хотя бы оно было напечатано, однако царапины и пятна сильно затрудняли эту задачу. Состав лекарства, написанный классическим врачебным почерком, наверно, даже сам Тайлер расшифровать не смог бы.
- Где, говорите, вы это взяли, дорогуша?
- Так я же говорю, за углом, в аптеке Бакстера. Я всегда покупаю там лекарства. Может, они там что-то напутали?
- Да, думаю, так и есть, - Хант со всей дури стукнул по кнопке вызов лифта, потом для надёжности нажал на неё ещё несколько раз. - И как вы живёте на такой высоте?
- Да куда же нам деваться? - ответила женщина, но Джин уже закрывал за собой железную дверь лифта.
***
Тьма выпускает его из своих объятий, и Сэм с грохотом падает на холодный деревянный пол. Он сразу же вскакивает, озирается испуганно, игнорируя боль в разбитой голове и ушибленном копчике, вытягивает вперед руки и шевелит каждым пальцем, проверяя. Тело слушается, Сэм может управлять им, двигаться, и это приносит облегчение. “Ненавижу терять контроль над ситуацией,” - мелькает мысль. И только ощутив полную беспомощность, Сэм понимает, насколько важна для него хоть какая-то иллюзия управления собственной жизнью.
Он оглядывается. Вокруг стоят, словно горы, высокие стеллажи. Старые потрепанные книги и папки пылятся на деревянных полках. В проходах между ними - развороченные столы с выглядывающими наружу ящиками и перевернутые стулья.
Комната огромна, Сэм не видит ни одной стены, лишь стеллажи, и изнутри грызет догадка, что если влезть на один из них, то он увидит бесконечный лабиринт шкафов с перевернутыми столами в качестве преград.
Но Сэм не влезает на стеллажи. Он признается себе, что не хочет знать, действительно ли он в лабиринте, и остается стоять на месте, растерянно глядя на пляшущий огонек свечи. Ламп здесь нет, весь тусклый свет только от свечек на полках да редких керосиновых ламп на уцелевших столах. “Какой идиот освещает библиотеку живым огнем? - думает Сэм, рассматривая корешки книг. - Здесь же все сгореть может!”
“А вдруг это и планируется?” - нашептывает внутренний голос, но Тайлер лишь отмахивается от него и берет с полки первую попавшуюся книгу. Листает страницы, сдувает густую серую пыль, рассматривает гравюры. Язык ему не знаком, и Сэм не разбирает ни слова, но все равно завороженно водит пальцем по выцветшим строкам на шершавой бумаге. Тайлер стоит, не шелохнувшись, смотря на древний фолиант, словно священник на святую реликвию, пока книга не показывает ему последнюю страницу. На форзаце выцарапана надпись корявым неровным почерком, на чистом английском.
“Беги, Сэм, беги и прячься!” - кричат косые рваные строки, и Сэм захлопывает книгу, ставит ее на место, оглядывается в поисках шутника.
Тишина библиотеки сменяется нарастающим грохотом, будто что-то несется к Сэму, сбивая по пути столы и стеллажи.

***
Аптеку Бакстера прохожие ему показали сразу.
- Полиция, - начал Джин с порога, распугав очередь.
На шум выскочил сам мистер Бакстер, владелец аптеки, низенький лысоватый человек в белом халате.
- Твоя отрава? - Джин сунул ему под нос одновременно пузырёк с таблетками и своё удостоверение.
- Д-да, - кивнул тот и нервно провёл рукой по лицу. - Но они наверняка просроченные, срок годности…
- Что из вот этого, - Джин ткнул в сплетающиеся каракули, - ты называешь сроком годности?
Посетители придвинулись ближе, с любопытством глядя на пузырёк. Даже девушка за стойкой привстала на цыпочки, чтобы лучше видеть.
- Дора! - прикрикнул на неё Бакстер. - Продолжай работать! Пойдёмте в мой кабинет, там нам будет удобнее.
- Вы закрыты до моего особого распоряжения, - Джин загородил спиной проход к стойке. Почём я знаю, сколько у вас ещё на полках этой дряни? Очистить помещение! И хочу тебе напомнить о неувядающей пользе чистосердечного признания, вечно действенного, в отличие от этой гадости, - он снова потряс пузырьком.
Джин, не выпуская из виду Бакстера, зашёл за стойку и снял трубку телефона.
- Филлис, милая, пришли мне пару толковых констеблей в аптеку Бакстера, на Грин-Роуд, двадцать шесть. Надо здесь всё опечатать и переписать.
- Ммм.. мм… мы закрыты? - Бакстер снова провёл руками по лицу. - Я не виноват, ей-богу, не виноват, я всё выбросил, - быстро зашептал он. - Я не химик, я когда понял, что это… М-мне аптека в наследство досталась, от кузена, тоже Бакстера, так что вывеску… - глаза у него бегали. - Уже вместе с этим… Ларкинсом. Не знаю, как они там делились, Виктор, светлая ему память, попал под машину и ничего объяснить мне не успел. А этот парень работал у него фармацевтом. Он откуда-то из Кардиффа…
Джин фыркнул, выражая всю степень своего презрения к ублюдкам с юга и побарабанил пальцами по стойке, призывая Бакстера продолжать.
- Я сам не химик. Не медик. Я бухгалтером был, так что заметил по отчётам, по инвентаризации… Попросил одного друга с образованием в этой области помочь, хотели поймать Ларкинса на горячем, да он вдруг сам пропал. Мы решили, что это и к лучшему.
- Когда это было? - спросил Джин.
- В сентябре семьдесят третьего, - Бакстер отчаянно потёр покрасневшее лицо.
В дверях показались констебли, и Джин подал им знак ждать.
- В ваш кабинет, - скомандовал Джин Бакстеру. - Вы сами меня туда звали. Мне нужно личное дело этого Ларкинса, любые документы, всё, что от него здесь осталось.
- Да мы вроде всё… - в отчаянье стискивая руки, пробормотал Бакстер. - Нет, стойте!
Он потащил Ханта в какую-то кладовку, где к стене был прислонён пыльный лист фанеры.
- Мы витрину меняли, - пояснил Бакстер, отлепляя от доски фотографию, с которой неприятно улыбался какой-то тип. Джин его уже где-то видел, но вряд ли прогуливаясь мимо витрины аптеки Бакстера. По делу проходил? Был свидетелем? Справа от типа была наклеена яркая реклама зубной пасты, слева статья о вреде курения, и Джин сразу зашарил по карманам в поисках сигарет. - Это он, он хорошим сотрудником считался, всегда такой внимательный, так подробно выспрашивал симптомы, весь этот маразматический бред. Старики его любили.
- Но жалобы всё-таки были.
- Д-да, две или три, и как раз на эту партию таблеток. Но мы всё уладили, ещё тогда. И если я ещё что-нибудь найду вдруг в бумагах, я тут же позвоню вам. Так мы открыты? - Бакстер заискивающе посмотрел на Ханта.
- Нет, - тот пропустил его вперёд, следя, чтобы аптекарь не наделал глупостей. - Но вы ведь честный человек, вам нечего бояться? - и покинул аптеку с фотокарточкой Джона Ларкинса, по низу которой была приклеена бумажная полоса с напечатанными на машинке именем, фамилией и званием “Лучший работник июля 1973”.
Джин ввалился в отдел и тяжело облокотился на стойку. Усталость предыдущих двух беспокойных дней сказывалась уже даже на нём. От отсыревшего пальто валил пар. На полу было натоптано - посетители натаскали грязи. Вот они, последствия дождливой погоды.
- Филлис! Почему свинарник в приёмной?
- Простите, сэр, мне ещё только полы мыть не хватало, и так бегаю тут, как таракан по сковородке. С утра никак не пришлют уборщика. Тот, что обычно здесь моет, не вышел, а у остальных из-за этой чёртовой погоды у самих забот по горло. Этот идиот, Стюарт Томсон, второй день где-то пропадает. К нему даже домой ходили, на Джерси-Стрит, только никто не открыл...
- Паршивое местечко, - хмыкнул Джин. Оторваться от стойки, кажется, не было никаких сил, хотя драгоценные минуты утекали. Так бы и уснул здесь, стоя. - У Тайлера там квартирка, и, кстати сказать, препоганая, видела бы ты её…- Джин замер, не договорив фразу.
- Что такое, шеф?
- У Тайлера…- Джин сунул руку во внутренний карман. Фотография уже успела помяться. - Он? - Хант протянул ее женщине.
- Когда это он побриться успел? - спросила Филлис, неодобрительно глядя на Джона Ларкинса.
Джин тяжело вздохнул, дело заходило на очередной виток, и сейчас ему с ребятами снова предстояло вернуться под дождь, тащиться на эту мерзкую улочку.
- Добудь мне адрес, дорогая, и сделай кофе.
Хант с упорством льва, преследующего жертву, продолжал разрабатывать эту версию, несмотря на то, что его мучили сомнения. Неизвестно было, приближают ли эти действия его к Тайлеру хоть на шаг, за ту ли они тянут ниточку. Половина отдела до сих пор так и сидела в архивах, теребила свидетелей, потому что в этом случае Хант решил не класть все яйца в одну корзину - цена была слишком высока. Все уже валились с ног, но повторяли как мантру: два дня, два дня… А этот дурень Сэм, так глупо позволивший себя похитить, опозоривший и подставивший всю команду, - усталость выродилась в приступ злости, - возможно, уже наслаждался сном. Вечным сном. И было ему без разницы, с утра его отыщут или к обеду. Хант тряхнул головой, выкидывая из неё подобные мысли. “Продолжай искать,” - сказал он себе, подбадриваясь. Возможно, они подобрались уже совсем близко.
- Найди мне Рэя, Криса и Энни. У них десять минут, чтобы собраться, - сказал Хант, ухватив за локоть пробегающего мимо констебля. Тот покивал и скрылся в направлении лифта. - Филлис, дорогая, я сейчас приду. Если эти трое нарисуются тут до моего появления, чтобы никуда не уходили, ясно?
И Хант скрылся в направлении уборных. Он с утра был на ногах, организм требовал своего, а ещё хотелось ополоснуть лицо ледяной водой, прервать этот хоровод лживых свидетелей, пыльных документов, бесполезных докладов, метаний по городу, от которого уже начинала кружиться голова. В таком состоянии он запросто пропустит важную улику или ещё одну ниточку, ведущую к Сэму. Вряд ли ему так повезёт ещё раз, как повезло с утра. Пока что они шли вперёд, но что готовила наверняка пустая квартира?
Он изучал взглядом кафель на стенке перед собой, как вдруг по белой поверхности стены скользнул красный отблеск. Обернувшись, Джин понял, что это это отражение надписи на противоположной стене. Он мог бы поклясться, что ещё минуту назад её не было - или же он настолько устал?
Маленький мальчик по имени Джин
Делает вид, что не любит мужчин.
Сэма целует - Сэм виноват.
Пусть теперь Сэм отправляется в ад.
Джин выругался. Это была улика, да ещё какая, и кто-то действовал прямо у них под носом. И тем не менее действовал одновременно очень нагло и очень тонко. Вряд ли эту улику стоило подшивать к делу. Через мучительно долгую минуту Джин быстро натянул штаны и, поглядывая на дверь, свистнул с крючка возле раковины рулон бумажных полотенец. Скоро надпись превратилась в грязно-бурое пятно на кафеле. Оставалось только надеяться, что она не появится снова мистическим образом на том же месте, как кровавое пятно в замке с привидениями. Наконец с наслаждением ополоснув лицо холодной водой, Джин отправился в столовую и прихватил у Гвен кусок холодного пирога. Жуя на ходу, Хант сбежал по лестнице.
- Джерси-Стрит, 350С, - от кружки в руках Филлис так заманчиво пахло, но Ханту стало резко не до кофе: это был дом как раз напротив того, в котором жил Сэм.
- Выезжаем немедленно, скажи ребятам, что я жду их в машине через минуту, - он схватил кружку, влил в себя обжигающий кофе и вылетел из управления.

***
Сэм срывается куда-то в противоположную от шума сторону, бежит, задевая плечами полки, и, свернув в узкий проход, прячется за перевернутым столом. Грохот режет слух, Тайлер закрывает уши и жмурится, надеясь, что его не найдут. В щель между рассохшимися досками он видит высокую темную фигуру, она проходит мимо его укрытия, сдвигая длинными когтистыми руками шкафы и столы, оборачивается и принюхивается в поисках.
- Я найду тебя, Сэм, - шипит Нечто, и Тайлер замирает, не смея вдохнуть. - Я поймаю тебя.
Сэм затыкает себе рот руками, давя крик ужаса, и закрывает глаза. Тень тяжело дышит, оглядывается и проходит мимо, едва задев ногой стол, за которым прячется Тайлер. Сэм дрожит, но не двигается, и сердце набатом стучит в ушах. Грохот переворачиваемой мебели стихает, тяжелое хриплое дыхание и бормотание слышатся где-то вдалеке, и Тайлер выдыхает, обхватывая руками колени.
“Надо выбираться,” - думает он, вот только где выход, и есть ли он вообще - неизвестно.
“Главное - продержаться до прихода Джина,” - говорит себе Сэм и осторожно выглядывает из-за стола. Тень нигде не видно, звуки тоже исчезли. Это пугает больше, чем грохот и хриплое дыхание, потому что не знать, где твой враг, - самое страшное. Тайлер осматривается, выглядывает осторожно из-за деревянных перегородок, с опаской косится на плавящиеся свечи. Они горят неярко, огонек пляшет на кончике фитиля, воск растекается по полкам и его все меньше.
“Скоро они догорят, - думает Сэм, - надо выбираться, пока они не подожги шкафы”.
Тайлер медленно крадется мимо стеллажей, не позволяя себе ни единого лишнего звука. Вдруг перед ним из-за полки выплывает темная рука, хватает деревянный угол, оставляя глубокие царапины от когтей. Сэм отшатывается и бросается куда-то в сторону, прячась под столом. Тень выплывает из-за угла, смеется ядовитым смехом.
- Я знаю, что ты тут, Сэм, - она приближается к столу, медленно и неотвратимо, - от меня не спрячешься.
Тайлер в панике оглядывается. Сбоку он видит щель, достаточную для его размеров, и он ползет к ней, стараясь поменьше шуметь. Тень приближается, переворачивает цепкими когтями столы по пути, заглядывая под них, и откидывает в стороны. Сэм пролезает в щель, уползает дальше, прячется за одним из шкафов ровно в тот момент, когда в сторону летит его бывшее укрытие. Нечто ревет неистово, рычит и скалится, Тайлер выглядывает из-за угла, с опаской рассматривая преследователя. Но видит лишь белоснежный оскал на черном, как ночь, лице, и ярко горящие зеленые глаза. Тень шипит, ругается, сносит столы и стеллажи, и Сэм бежит прочь изо всех сил, слыша неотстающий грохот за спиной. До него доносится запах гари, деревянные полки полыхают позади, черный дым поднимается к потолку. Сэм бежит, но, похоже, кругами, и возвращается вновь к горящим развороченным столам. Дым забивается в нос, Тайлер кашляет, падая на колени, ползет в сторону, закрывая нос и рот рукавом потрепанной рубашки. Стеллажи падают, пожираемые огнем, горящие страницы разлетаются, грохот оглушает.
Сэм движется вперед, туда, где, как ему кажется, будет выход. Огонь нередко перекрывает путь, и приходится поворачивать. Половицы скрипят, они горячие, как сковородка, и Сэм не понимает, почему. Ему нестерпимо жарко, словно огонь пожирает и его, в легких - сухо, воздух обжигает, а черный густой дым мешает дышать. Сэм прижимается к полу. Тут легче, тут почти нет дыма, только обжигающий жар досок, которые не должны быть, думает Сэм, раскаленными, словно металл. Происходящее кажется все более реальным, ощущения оглушают, и Сэм знает, что оставаться на месте ни в коем случае нельзя, только ползти вперед, и ему даже кажется, что он видит стену. “Стена - это хорошо, - думает Тайлер, - в стене может быть дверь.”
Впереди - ничуть не меньше огня, чем позади. Весь мир сейчас в огне, маленький страшный мирок, в котором заточен Сэм, и самое ужасное - за дверью может быть так же. Остается совсем немного, Тайлер поднимается на ноги и бежит вперед, спотыкаясь и сдавленно шипя, когда горящие страницы старых книг касаются тела огненными поцелуями. Он достигает стены, едва не врезавшись в нее, сдавленно кашляет в кулак, опираясь на холодный камень. Оглядывается. Вдалеке виднеется взбесившийся черный силуэт, которому огонь нипочем, рыскающий в поисках сбежавшей жертвы.
Сэм бредет вдоль стены, тяжело опираясь на нее руками. Голова у него кружится, очертания размываются, глаза болят и чешутся от дыма, и он даже не замечает, когда огонь подбирается слишком близко, обжигая руки или ноги. Все, что ищет Сэм, все, что сейчас имеет значение, - выход из горящей библиотеки.
Сэм бы продал душу за смоченное водой полотенце. Как учили в академии, оно помогает дышать при пожаре. Но душа Сэма не нужна никому, и полотенца, или хотя бы бутылки воды, ему не видать. Он сильнее прижимает ко рту и носу рукав. Горло раздирает от горячего воздуха, едкого дыма.
“Наверное, эти полки покрывали каким-то отвратительно ядовитым лаком,” - отстраненно думает он, почти выбившись из сил. Холодный камень стены сменяется нагретым металлом двери, Сэм распахивает глаза, будто проснувшись, ведь он почти потерял надежду, и хватается за раскаленную ручку.
И замирает, чувствуя, как по шее скользят ледяные пальцы, забираются за шиворот и касаются плеч.
- Ты мой, Сэм, только мой, - шепчет кто-то ему в ухо, кожа замерзает от холода дыхания. - Я помогу найти тебе твою кирпичную дорогу.
И тихо смеется ледяным смехом.
Тайлер не может обернуться, ему страшно, чертовски страшно, как не было никогда в жизни. Сэм не хочет видеть лица. Почему-то ему кажется, что, обернувшись, он увидит собственное отражение, вышедшее из зеркала. Поэтому Сэм лишь плотно закрывает глаза, задерживает дыхание, как перед прыжком в воду, открывает дверь, обжигая ладонь, и шагает вперед.
***
Дверь в квартирку Стюарта Томсона, бывшего Джона Ларкинса, оказалась такой же хлипкой, как и в квартирку Сэма. Джин разобрался с ней в считанные секунды.
- И почему я не удивляюсь? - спросил он с невесёлой усмешкой, пробираясь по запылённой, практически нежилой комнате к окну. Прямо напротив. Жилище Сэма просматривалось сквозь незашторенные окна отсюда насквозь, как облетевший осенний лес. - Тебя что, не учили шторки закрывать, Дороти?
Стало быть, этот мерзавец сидел здесь и наблюдал за жизнью Сэма, как на здоровенном телеэкране, каждый вечер, сидел и ждал его появления, как домохозяйки ждут любимого сериала, и в предпоследний вечер Джин устроил ему неплохое шоу…
Он звонко хлопнул себя по лбу. Так вот почему именно сейчас! Тот чёртов экспериментальный поцелуй сорвал ревнивому мерзавцу крышу. Итак, вдобавок ко всему, Джин теперь несомненно был виноват в том, что его детектива-инспектора украли. Если бы не этот дурацкий опыт, Сэм сейчас ругался бы с ним из-за очередной ерунды. А убийства продолжались бы - ещё немного, а потом ещё немного, пока в городе не закончатся “тайлеры”.
- Обыскать здесь всё! - гаркнул Джин, отходя от окна. - Перевернуть эту чертову халупу вверх дном.
Очевидно было, что Томсон особенно здесь не обживался: мелочей, которыми обрастают люди поневоле, и разбросанной одежды не было видно. Захаживал сюда, наблюдал за Сэмом, а потом отправлялся ещё куда-то, вот только куда? Что это было за тихое место с лабораторией и холодильником, а также спальней, ведь спит же он когда-нибудь!
- Найдите мне ежедневник, записную книжку, что угодно, что поможет узнать о его распорядке дня! - покрикивал Джин, роясь в комоде подозреваемого.
- Шеф, - подозвал его Крис через пять минут, - смотрите. Это было в книжку заложено.
Скелтон протянул Ханту обрывок тетрадного листа, на котором кривыми каракулями было написано несколько строк:
Плачет от страха маленький Сэм.
Стю говорит ему: "Я тебя съем!
Джин слишком медленный, слишком тупой,
Он никогда не придёт за тобой!"
- Что за книжка?
Крис показал что-то заумное, с формулами и без картинок.
- А страница?
- Простите, шеф…
- Какого чёрта?! - заорал Джин. - Почему тут моё имя, если тупой у нас Крис! Только что нашёл и тут же потерял важную улику! Никаких преступников с такой полицией не надо!
Но тут подошёл Рэй, насмешливо фыркнул в усы, глядя на Криса, и покачал головой. В руках у него были тетрадь с порванными листами, пара пустых открыток и моток красной ленты.
- Вот оно, - пробормотал Джин. Бумага и лента соответствовали присланным запискам. - Теперь я хотя бы уверен, что это наш ублюдок. А ну-ка, девочки, живее!
Джин обвёл взглядом комнату: хилая раскладушка, шаткий стол, в углу на табуретке старый телефон, на этот раз не омерзительно-зелёный, а уныло-серый, и над ним старые обои были засалены - здесь прислонялись спиной - и исписаны телефонными номерами и пометками. Энни, чуть ли не уткнувшись носом в стену, изучала мелкие закорючки, оставшиеся наверняка не от одного жильца этой помойки.
- Шеф! - вдруг воскликнула она. - Вот! Спросите у хозяйки, как давно Стюарт Томсон снимает эту комнату! - её тонкий пальчик упирался в криво выведенное “Дорога в небо 20.08.” . - Это свежая запись, строительство шоссе начали около полутора лет назад.
- А остальные?
- Я не эксперт, - потупилась Энни. - Пока это всё, что у нас есть, и в зоне строительства полно зданий под снос. Несколько фабрик, старый жилой квартал, да мало ли что ещё...
- Другие находки? - Джин обвел взглядом команду. Те покачали головами, - Тогда я, кажется, знаю, куда нам стоит прогуляться. Старая скотобойня Бишопа - видимо, в честь неё шоссе назвали “Дорогой в небо”. Дармовые холодильники, дамы.
Джин развернулся на каблуках и вышел из квартиры. “Финишная прямая,” - подумал он с надеждой.

***
Ледяные ладони исчезают, но Сэму кажется, будто он все равно чувствует их отпечатки на собственной коже. Дверь закрывается за ним, щелкает замок. Сэм оказывается в кромешной темноте, и ему страшно даже шагнуть вперед. Он шарит рукой по стене, пальцы натыкаются на пластиковый выключатель. Свет вспыхивает, ослепляя, Тайлер закрывает слезящиеся глаза и кашляет, наверное, пять минут, не переставая. Прохладный воздух комнаты действует едва ли не бальзамом на обожженное горло, забирает жар разгоряченной кожи. На мгновение Сэм думает, что попал в Рай. Только ангельского пения нет и в помине.
Сэм открывает глаза, трет их рукавом, оглядывается. В комнате нет ни дверей, ни окон. Нет ответвлений, коридоров, арок. Только четыре стены, пол и потолок. Двери, через которую вошел Тайлер, тоже нет. Даже выключателя. Сэм смотрит наверх, и не видит ни единой лампы, только вот потолок, покрытый замысловатой сетью будто нарисованных трещин, светится.
Сэм не знает, хорошо это или плохо, но уйти отсюда он не может, да и слишком устал. Он садится в углу, чтобы видеть всю комнату, и позволяет себе на мгновение прикрыть глаза. Приятная прохлада сменяется явственно ощущаемым холодом. Белесый пар вырывается изо рта. Сэм рассматривает свои бледнеющие руки: разбитые костяшки, небольшой ожег на ладони. “Надо бы перевязать, - думает Сэм, - и приложить что-нибудь холодное.”
Он отрывает полосу ткани от рубашки, бережно заматывает кисть. Прикладывает ладонь к ледяной стене, и боль немного утихает. Сэм наслаждается передышкой, но не может позволить себе расслабиться. Стоит только прикрыть глаза, как раздается тихий смех.
Сэм подскакивает, жмется в угол, наблюдая, как отделяется от противоположной стены высокая темная тень. Она меньше, чем в библиотеке, раздраженный и злобный оскал сменился торжествующим.
- Сэмми, - шипит Тень, надвигаясь на него, и Тайлер не знает, куда ему бежать. - Мой Сэм. Я поймал тебя.
Сердце у Сэма бьется где-то в горле, он старательно ищет выход, лазейку, которая позволит ему сбежать, вот только выхода нет, оружия тоже. Тень подбирается все ближе.
- Проиграл, - облик преследователя неуловимо меняется, и вот уже вместо тени на него надвигается незнакомый мужчина. А через секунду - маленькая девочка в красном платье. Сэм не знает, что его пугает больше.
- Нет у тебя выхода, - хохочет существо, принимая прежний облик, тянет руку и касается когтем щеки Сэма.
Тот отворачивается, жмется к ледяной стене, уходя от прикосновения. Но Тень делает еще шаг и дотрагивается вновь, ведет острым когтем по скуле, шее, скалится, наблюдая за жертвой.
- Отпусти меня, - начинает Сэм, но в ответ раздается низкий хохот.
- Ни за что, - ухмыляется тварь, прижимаясь.
Сэм пытается ударить. Кулак упирается в темную материю, не причиняя вреда никому, кроме самого Тайлера. На импровизированных бинтах проступают красные пятна. Сэм закрывает глаза и стискивает зубы.
- Мой, - с наслаждением шепчет Тень, скользя руками по телу Сэма, забираясь когтистыми пальцами под одежду.
- Хватит, - кричит Тайлер, пытаясь скинуть чужие руки. Существо смеется и касается ледяным языком его шеи.
Сэм дергается и вырывается, но только сильнее раззадоривает Тень.
- Никто тебе не поможет, - ухмыляется она, - ты совсем один. Но я могу сделать так, что тебе тоже будет хорошо, - существо смеется и вновь преображается.
Сэм замирает. Напротив него - Хант, знакомый и надежный. Только ледяные руки и зеленые глаза выдают подделку.
- Прекрати! - вопит Сэм, и вжимается в стену. Джин ухмыляется непривычно, неправильно до жути, и прикусывает кожу на плече. От светлых волос пахнет кровью и пеплом.
Сэм знает, что это не его Джин, и без зазрения совести с силой впечатывает кулак в чужой живот. Существо возвращает сразу же свой облик, сгибается, хрипит. Зеленые глаза горят яростью.
- Джин, черт тебя дери, Хант! - орет Сэм в потолок, запрокинув голову. - Где ты там шляешься?!
Тайлер не верит, что его крик хоть чем-то поможет, но так ему немного легче.
Тень рычит, вопит яростно, сверкая глазами, и скалится совсем злобно. Тяжелый кулак впечатывается в стену прямо над головой Сэма.
- Он тебе не поможет, Тайлер, - шипит Тень, выплевывая слова. Темное лицо без очертаний совсем близко к Сэму. - Его здесь нет, он никогда не придет, пойми это уже, - за ударом следует еще один, стена крошится, и пыль оседает на светлых волосах Тайлера, - ты мой, только мой, и еще поплатишься за собственную строптивость, Дороти.
Сэм не слушает. Он смотрит, как рушатся и крошатся стены, и комната становится лишь частью длинного темного коридора. Ему даже кажется, что он видит выход. Сердце стучит еще немного быстрее.
Тень срывает с него рубашку, разрезая кожу острыми когтями. Проводит длинным языком по губам Сэма, пропихивает его внутрь рта. Тайлеру противно до тошноты, он дергается и вырывается, только держат его слишком крепко. Отчаянье стоит комом в горле, накрывает с головой. И Сэм не находит ничего лучше, чем с силой сжать зубы, прокусывая чужие губы до крови. Тень воет и отстраняется, закрывает когтистой лапой рот. Сэм сплевывает чужую кровь, не прислушиваясь к потокам ругани и угроз, и срывается с места, отталкивая существо с дороги.
Тайлер бежит. Перед глазами стелется туман, темный коридор не кончается, а сзади слышится неистовый рев преследователя. Сэм не останавливается, не обращает внимания на боль, и беззвучно молится всем богам и Джину Ханту.

@темы: LoM, WTF, Творчество, Тексты/Фики/Ориджиналы

URL
   

Dreams

главная